Эмоциональный коучинг: помогать с чувствами, а не просто их гасить

Gottman, J. M., Katz, L. F., & Hooven, C. (1996). Parental meta-emotion philosophy and the emotional life of families: Theoretical models and preliminary data. Journal of Family Psychology, 10(3), 243–268. doi:10.1037/0893-3200.10.3.243

Кого изучали: 56 семей с детьми 4–5 лет; их снова обследовали через три года, когда детям было около 8.

Как устроено исследование: Наблюдательное, лонгитюдное

Что обнаружили: Родители по-разному обращались со своими и детскими эмоциями: одни замечали чувства, называли их и помогали ребёнку с ними справиться («эмоциональный коучинг»), другие обесценивали их или осуждали. В 8 лет у детей родителей-«коучей» были лучшие показатели саморегуляции, учителя оценивали их отношения со сверстниками выше, и учились они лучше.

Havighurst, S. S., Wilson, K. R., Harley, A. E., Prior, M. R., & Kehoe, C. (2010). Tuning in to Kids: Improving emotion socialization practices in parents of preschool children — findings from a community trial. Journal of Child Psychology and Psychiatry, 51(12), 1342–1350. doi:10.1111/j.1469-7610.2010.02303.x · полный текст в открытом доступе

Кого изучали: 216 родителей или других взрослых, которые ухаживают за детьми 4–5 лет, случайным образом распределённых на курс или в лист ожидания.

Как устроено исследование: Рандомизированное контролируемое испытание

Что обнаружили: После шести групповых встреч и двух поддерживающих занятий родители чаще помогали ребёнку с эмоциями и реже их обесценивали; наблюдатели фиксировали, что в разговоре с детьми они стали чаще использовать слова о чувствах. Дети стали лучше понимать эмоции, а родители и воспитатели сообщали о меньшем числе проблем с поведением.

Средняя. Идея выросла из небольшого наблюдательного исследования, но потом её проверили в рандомизированных испытаниях вроде Tuning in to Kids — это более сильные данные. Одна оговорка: испытание проводили сами разработчики программы.

• Они не показывают, что коучинг останавливает истерику в моменте. Польза — в том, как ребёнок справляется с чувствами на протяжении месяцев, а не в том, что срыв закончится быстрее.
• Эмоциональный коучинг — не вседозволенность. В обоих исследованиях коучинг включает ограничения поведения; менялось то, как обращаются с самим чувством.

Эмоциональный коучинг — это способ откликаться на чувства ребёнка, при котором они становятся поводом сблизиться и чему-то научить, а не тем, что нужно как можно скорее прекратить. Термин появился в исследованиях психолога Джона Готтмана, который работал с семьями в 1990-х.

Готтман описал его в пяти шагах. Заметить эмоцию ребёнка — лучше, пока она ещё небольшая. Увидеть в ней возможность для близости и обучения, а не помеху. Выслушать с сочувствием и признать чувство. Помочь ребёнку назвать его. И затем, если нужно, обозначить границы поведения и помочь придумать, что делать.

Последний шаг часто упускают. Эмоциональный коучинг не означает, что допустимо любое поведение. Принимается чувство — «Ты в ярости, что нам пора уходить», — а поведение по-прежнему можно ограничить: «Пинаться я не дам. Давай найдём другой способ».

Готтман противопоставлял его другим распространённым стилям: обесцениванию чувств («Всё нормально, хватит плакать»), их осуждению («Прекрати сейчас же, а то завтра никакой площадки») и принятию чувств совсем без границ. В этом исследовании у детей родителей-«коучей» были лучшие показатели саморегуляции, отношений со сверстниками и успеваемости.

Разница часто укладывается в одну фразу.

У ребёнка рухнула башня, и он в слезах. Обесценивание: «Это просто кубики, не плачь, построй заново». Коучинг: «Ой, упала — ты так старался. Это правда обидно». А когда слёзы стихнут: «Попробуешь ещё раз или передохнём?»

Ребёнок в ярости, потому что друг не поделился. Обесценивание: «Не глупи, у тебя полно игрушек». Коучинг: «Тебе очень хотелось красный грузовик, а он не дал. Тебя это разозлило». А потом: «Что ты мог бы сказать ему в следующий раз?»

Ребёнок боится темноты. Обесценивание: «Тут нечего бояться». Коучинг: «Сегодня в темноте страшно. Так бывает у многих детей. Что поможет тебе стать чуточку смелее?»

Обратите внимание: коучинг не решает проблему за ребёнка и не отменяет границу. Он называет чувство, показывает, что оно понятно, и только потом переходит к тому, что делать. Обесценивание пытается сразу перескочить в конец — и ребёнок часто остаётся с ощущением, что его не услышали.

На пике истерики эмоциональный коучинг выглядит немного иначе: ребёнок посреди бури не может ничего проговаривать.

В моменте коучинг — это в основном присутствие. Будьте рядом, следите, чтобы все были в безопасности, и говорите совсем мало: «Ты очень расстроен. Я здесь». Спокойно удерживайте границу — «Бросаться я не дам» — без нотаций. Назвать чувство одной короткой фразой может помочь, а длинные объяснения — нет.

Когда волна спадает, начинается собственно коучинг. Объятие, глоток воды и простое называние того, что случилось: «Ты так разозлился, когда планшет выключился». Чувство ребёнка признают, а не спорят с ним.

Поиск решений — в самом конце, часто гораздо позже: перед сном или на следующий день. «Когда планшет нужно выключать, что может помочь? Предупреждение заранее? Самому выбрать последнее видео?» Здесь дети и начинают придумывать собственные способы.

Такой коучинг не заставит истерики исчезнуть за одну ночь. Но за месяцы он может помочь. В испытании Tuning in to Kids родители и воспитатели через полгода после курса сообщали о меньшем числе проблем с поведением; длительность и частоту истерик не измеряли.

Описать эмоциональный коучинг просто, а сделать чуть-чуть не так — удивительно легко. Несколько ошибок встречаются снова и снова.

Коучинг на пике. Пытаться обсуждать чувства, пока ребёнок кричит, почти бесполезно: в этот момент большинство детей не воспринимают слова. Оставьте разговор на потом, когда волна пройдёт, а в моменте просто будьте рядом и назовите чувство одной фразой.

Называние по шаблону. «Я слышу, что ты чувствуешь фрустрацию», сказанное ровным заученным голосом, звучит как техника, а не как понимание, и дети это замечают. Лучше коротко, искренне и конкретно: «Ты хотел синий. Эх».

Признать чувство — и отпустить границу. Принять, что ребёнок злится, не значит разрешить ему драться или отдать то, из-за чего он злится. Эмоциональный коучинг включает границы; в описании Готтмана установка границ и поиск решения — последний шаг, а не необязательное дополнение.

Слишком быстрое «исправление». Перескакивая от «тебе грустно» к трём решениям на одном выдохе, вы пропускаете ту часть, где ребёнок чувствует себя понятым. Сделайте паузу после того, как назвали чувство. Иногда больше ничего и не нужно.

Коучинг только для больших чувств. Лучше всего он работает как часть обычных дней — когда вы замечаете маленькие огорчения, досаду и радость, — тогда у ребёнка есть тренировка до больших бурь.

Ожидание мгновенного результата. Готтман наблюдал за семьями три года, а в испытании Tuning in to Kids изменения измеряли через полгода после курса — не через несколько дней. Эмоциональный коучинг — это привычка, которая постепенно меняет то, как ребёнок обращается с чувствами, а не фокус, который останавливает истерику на месте.

Как помочь ребёнку справляться с эмоциями?

Начните с того, чтобы помогать ему замечать и называть чувства — и в спокойные дни, и в трудные. В моменте будьте рядом и спокойны, говорите мало и следите за безопасностью. После обсудите, что произошло, и вместе придумайте, что можно сделать в следующий раз. Научите одному-двум телесным способам успокоиться, например медленному выдоху. Дети учатся саморегуляции и просто глядя на спокойного взрослого.

Эмоциональный коучинг — это то же самое, что мягкое родительство?

Они пересекаются, но это не одно и то же. Эмоциональный коучинг — конкретный, основанный на исследованиях подход к тому, как откликаться на чувства, из работ Джона Готтмана, и он включает границы поведения. «Мягкое родительство» — более широкий и размытый ярлык для множества стилей. Эмоциональный коучинг проверяли в рандомизированных испытаниях, и многие подходы мягкого родительства на него опираются.

Эмоциональный коучинг означает жизнь без запретов?

Нет. Эмоциональный коучинг принимает чувство, а не любое поведение. Родитель-«коуч» может сказать: «Ты злишься, и это нормально. Драться я не дам». Границы — часть метода; разница в том, что они идут вместе с сочувствием, а не вместо него. В исследованиях Готтмана ограничение поведения входит в само определение эмоционального коучинга, а не прилагается отдельно.

С какого возраста можно начинать эмоциональный коучинг?

С самого начала. С младенцами и малышами это в основном называние чувств и утешение. По мере развития речи многие дети начинают связывать чувства с их причинами и выбирать из простых вариантов. С детьми 4–7 лет эмоциональный коучинг может стать настоящим разговором с поиском решений после. Родители пользуются им и с подростками — просто слова становятся взрослее.

Что делать, если эмоциональный коучинг не помогает моему ребёнку?

Сначала проверьте момент: коучинг на пике истерики почти не работает, попробуйте, когда чувство спадает, или позже. Говорите короче и искреннее и следите, чтобы границы оставались ясными. В испытании Tuning in to Kids изменения измеряли через полгода после курса, так что дайте этому месяцы, а не недели. Если сильные чувства возникают очень часто, очень интенсивны или усиливаются, несмотря на всё это, обсудите с педиатром дополнительную помощь.

Помогает ли эмоциональный коучинг при истериках?

Помогает — в основном со временем, а не в моменте. Во время истерики эмоциональный коучинг — это быть рядом, обеспечить безопасность и коротко назвать чувство. Больший эффект дают разговоры после и в спокойные дни, когда ребёнок учится словам и способам справляться. В испытании Tuning in to Kids родители и воспитатели через полгода после курса сообщали о меньшем числе проблем с поведением.

Занятия «Дракон внутри», «Кнопка „Пауза“» и «Погода внутри» (уроки 3–5) выстраивают ровно эти привычки: назвать чувство, остановиться и только потом выбрать, что делать.

Посмотреть программу

Читайте дальше

• Ребёнок истерит: что делать в момент и что после